Заказать банкротство

«ВС РФ готовится разобрать новый сюжет аффилированности»

«ВС РФ готовится разобрать новый сюжет аффилированности»

Верховный суд (ВС) РФ изучит дело о банкротстве, в котором совладелец погасил долг своего предприятия, но навлек на себя обвинения в попытке создать искусственную задолженность. Подобные сделки — это новая тема в рамках борьбы судебной системы со злоупотреблениями аффилированных кредиторов. Эксперты рассчитывают, что рассмотрение этого дела позволит уточнить размытую пока границу между подлежащими субординированию и «чистыми» долгами.

Участники международного форума по банкротству в Санкт-Петербурге в мае не раз называли самой главной проблемой банкротства в России недостаток механизмов ограничения влияния аффилированных кредиторов в процедурах. Эксперты, проголосовавшие на сессии «Банкротство — проблема кредиторов», поставили ее на первое место (28% голосов). 26% проголосовавших выделили неэффективность реабилитационных процедур, 18% — наличие лишней процедуры наблюдения, 15% — недостаток полномочий и независимости арбитражных управляющих, 10% — неэффективность торгов имуществом банкротов, 3% — недобросовестное и неосмотрительное поведение кредиторов.

Остроту проблемы аффилированных кредиторов понимают и субъекты законодательной инициативы. В проекте доклада президенту РФ по вопросам ответственности реальных собственников организации-банкрота перед работниками профильные министерства предлагают ограничить влияние аффилированных кредиторов на процесс банкротства. По их мнению, эти механизмы должны препятствовать тем кредиторам, которые связаны с должником, снижать возможности для уклонения от равного погашения задолженности, преодолевая мнение независимых кредиторов.

Верховный суд борется с этой проблемой уже больше года. На днях судья ВС РФ принял к рассмотрению новую жалобу — по делу ОАО «Арсеньевский мясокомбинат», следует из определения, опубликованного в картотеке арбитражных дел.

Это дело развивает прокредиторскую позицию Верховного суда, которую он занял 1,5 года назад, рассказал «Интерфаксу» партнер АБ «Барщевский и партнеры» Павел Хлюстов. Судебная практика продолжает вырабатывать подходы, препятствующие включению фиктивных долгов и долгов лиц, аффилированных с должником, в реестр требований кредиторов, согласна старший юрист судебно-арбитражной практики АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Юлия Боброва.

В апреле-мае 2014 года ОАО «Арсеньевский мясокомбинат» получило от Сбербанка 35 млн рублей по кредитному договору сроком на год под залог своего имущества, поручительство «Агрофирмы Арсеньево» и Максима Голдобина (ему принадлежит 25% акций мясокомбината, он единственный участник «Агрофирмы Арсеньево»). По условиям договора, если поручитель заплатит банку долг за должника, то он получит прочие обеспечительные права банка, которые у него были к заемщику, в том числе залог имущества.

Мясокомбинат погасил 3 млн рублей долга, оплатил проценты и пользование лимитом и в итоге остался должен 32 млн рублей. М.Голдобин перечислил банку 32 млн рублей в счет погашения основного долга, после чего мясокомбинат получил уведомление о переходе прав кредитора к М.Голдобину и требование о погашении задолженности.

Мясокомбинат не погасил задолженность перед поручителем, и 25 мая 2016 года Арбитражный суд Тульской области принял заявление о его банкротстве. В конце июня 2016 года суд ввел процедуру наблюдения, а 25 мая 2017 признал должника банкротом и ввел конкурсное производство.

30 мая 2017 года М.Голдобин обратился в суд, чтобы включить в реестр требование на 32 млн рублей (основной долг) и 9,9 млн рублей неустойки, обеспеченных залогом имущества должника. Другой кредитор должника — компания Westfleisch SCE mit beschrankter Haftung (требование на 377 млн рублей) — выступил против этого, указав, что требование М.Голдобина имеет признаки корпоративного характера.

Однако суды включили это требование в реестр, пояснив, что к М.Голдобину как к поручителю, исполнившему обязательство, перешли права требования банка к заемщику по кредитному договору, а должник, в свою очередь, не представил доказательств возврата кредитору денежных средств. По мнению судов, требования М.Голдобина возникли не из факта участия кредитора в капитале должника.

Westfleisch SCE mit beschrankter Haftung оспорила эти решения в Верховном суде, указав, что погашение М.Голдобиным долга мясокомбината, в капитале которого он сам имеет значительную долю и который кредитовал принадлежащую ему агрофирму (при том, что займы мясокомбинату не возвращены), говорит о его намерении временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на работу должника, выразившиеся в выдаче займов подконтрольному ему юридическому лицу.

В такой ситуации погашение задолженности использовалось М.Голдобиным вместо механизма увеличения уставного капитала и позволило ему на случай банкротства мясокомбината формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность и уменьшить число голосов независимых кредиторов, указала компания. По ее мнению, требования М.Голдобина по существу вытекают из прав участия в обществе, в связи с чем их нельзя было включать в реестр.

Верховный суд принял дело к рассмотрению.

«ВС РФ снова обращает внимание на необходимость применения повышенного стандарта доказывания и невозможности включения в реестр суброгационных обязательств, возникающих, когда долг компании погашает ее учредитель или поручитель по долгу. Зачастую поручителем по долгу выступает контролирующее лицо, которое, погашая долг за компанию, надеется затем взыскать с нее эту сумму», — отмечает П.Хлюстов.

В этом деле поручитель погасил долг перед банком еще до того, как это в рамках кредитного договора мог сделать сам должник. Верховный суд вполне может посчитать такую инициативу злоупотреблением правом для создания искусственной задолженности и последующего включения требования в реестр кредиторов, не исключает юрист АБ «Деловой фарватер» Кристина Майорова.

«Выдавая поручительство подконтрольному обществу, совладелец должен был осознавать риски дефолта компании. Во-вторых, имея необходимые средства, совладелец мог напрямую дофинансировать подконтрольную ему компанию, увеличив уставный капитал без кредита. В-третьих, поручитель, исполнивший обязательства перед банком, становится на место заимодавца, что подводит этот кейс под практику переквалификации займов в корпоративные отношения», — перечисляет партнер практики по разрешению споров юридической фирмы Bryan Cave Leighton Paisner Russia Иван Веселов. В одном из предыдущих дел ВС РФ уже переквалифицировал требование участника компании по займу в отношения по поводу увеличения уставного капитала, но в этом кейсе может пойти еще дальше и распространить запрет на включение в реестр на обеспечительные (суброгационные) сделки участников (акционеров) банкрота, не исключает он.

Это дело может стать определяющим для судебной практики о субординировании требований аффилированных кредиторов, уверен партнер правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Магомед Газдиев. «Коллегия может провести черту между подлежащими субординированию требованиями бывших собственников бизнеса при его банкротстве и требованиями собственников, которые правопорядок считает «чистыми». Сейчас эта граница размыта, ее фактически не существует», — отмечает он.